Человек из зазеркалья 

Есть вещи, без которых современному человеку обойтись практически невозможно. Например, зеркало. У каждого свои отношения с этим куском стекла, рассказывающим, как утверждали еще сказочники, всю правду о человеке. Для дизайнера Антона Волошина зеркало – это важная деталь интерьера. Функциональная и красивая.

— Как появилась идея создать коллекцию зеркал?

— Мне хотелось понять, насколько высок интерес к дизайну с таким же подходом, как в бутиках: маленькой серии приятных не очень дорогих вещей, сделанных «в задней комнатке». Да и вообще, как это сделать серию предметов. Там ведь другие законы чем в отдельных вещах для одного заказчика и его одной конкретной ситуации. Больше опосредованности, например. Я работал с простым зеркалом — из силикатного стекла. Подставка сделана из бакелитовой фанеры.  Я сделал вытянутые в ширину настольныезеркала и трюмо. Максимально простые. К сожалению всё равно в результате получился довольно дорогой продукт, поскольку зеркало и высококвалифицированный ручной труд, стоит приличных денег.

— Первое, что бросается в глаза – утрированная простота изделий… Вы не любите роскоши?

— Во первых у меня несколько другое понятие о роскоши. И ещё я предполагаю, что прежде роскоши стоит функция. Концептуально моя коллекция - это 30-50-е годы, т.е последний период, когда можно говорить стиле в искусстве. Прелесть эпохи сталинского ампира в том, что вещи еще были вещами: смотришь и у тебя невозникает вопроса, из чего они сделаны. Пожалуй в этом то и есть их основной шик. Современные технологии продвинулисьдо такой степени, что утеряна простота предмета: по внешнему виду нельзясказать, каким он окажется на ощупь — мягким или твердым, холодным илитеплым легким или тяжелым. Мне важно было добиться того чтобы предмет был самим собой.

— А как же разговоры о том, что зеркало прежде всего отображает душу человека?

—  А Вы вешаете зеркало в ванной чтобы на душу посмотреть? Честно говоря я то думал, что большинство людей там бреются, ну или там красятся или причесываются. К чему собственно попытка найти в вещах то, чего в них нет. Знаете, есть такое философское понятие: «бритва Оккама». Это значит, что надо отсечь все наименее вероятные объяснения и оставить наиболее вероятные. А уж когда вторые закончаться – давайте использовать те, первые.

— Значит, для вас главное – функциональность?

Нет, не совсем. Это для столяра дяди Васи, когда он для работы верстак делает главное функциональность. Для меня очень важен образ. Моя методика работы такова: я,как любой нормальный человек, создаю в уме первое (второе, третье, десятое) банальное представление о предмете. Затем я пытаюсь отойти от этого представления на диаметрально противоположную сторону. Потом смотрю как результат можно привести к нормальному человеческому знаменателю. Это и есть творчество? Впрочем это только одна из методик. Естественно, что для меняфункциональность предмета всегда стоит на первом месте: на стуле надо преждевсего сидеть, за столом – есть, в зеркало – на себя смотреть (ну я уже говорил).

— Ассоциация зеркала с водой повлияла на создание коллекции?

—  Нет, никак не повлияла. Однако, если Вам нужны ассоциации— пожалуйста: «Зеркало и вода не имеют четкой структуры: у стекла нет кристаллическойрешетки и оно аморфно так же как и вода».

— Какие материалы, кроме стекла, вы использовали в своей работе?

— Бакелитовую фанеру, алюминий, цинк, стальную проволоку. 

— Где приятнее видеть результаты своего творчества — дома или в чужих интерьерах?

— Мне не стыдно за свои зеркала. Я, как художник, вижу каких предметов нехватает окружающим мне людям и пытаюсь сделать для них самое лучшее, чтомогу. Это и есть творчество. И если мне надо пойти в гости, я с беру своё правильно упакованное зеркало и дарю друзьям.

— С коммерческой точки зрения коллекция зеркал себя оправдала?

— Изначально я не ставил перед собой такой цели. В нашей стране очень сложновыпускать вещи под своей маркой. Для среднего класса получается оченьдорого, а состоятельные люди все еще находятся в плену стереотипов, полагая,что при всех условиях иностранное лучше.